Код специальности ВАК 5.5.4.
УДК 327
Гребенщикова Екатерина Алексеевна
 студент, бакалавр
 Владивостокский государственный университет, Россия, 690014, город Владивосток, ул. Гоголя д. 41
 E-mail: katuxoy03@mail.ru

Чернышов Тимофей Александрович
 студент, бакалавр
 Владивостокский государственный университет, Россия, 690014, город Владивосток, ул. Гоголя д. 41
 E-mail: timchernyshov@mail.ru

СОВМЕСТНЫЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ПРОЕКТЫ РОССИИ И КИТАЯ КАК ЭЛЕМЕНТ БОЛЬШОГО ЕВРАЗИЙСКОГО ПАРТНЕРСТВА

Аннотация: Целью исследования является анализ роли и потенциала совместных образовательных проектов России и Китая в рамках стратегии Большого Евразийского партнерства (БЕП). В работе применены методы системного анализа научной литературы, официальных документов и практики двустороннего сотрудничества. Рассмотрены современные инициативы – от создания совместных факультетов и институтов при российских вузах до открытия кампусов по модели «двойного диплома», – а также оценены их последствия для образовательной и социокультурной интеграции. В результате получен комплексный обзор существующих программ (напр., российско-китайского Института туризма ДВФУ–ПУЦК в Ухане, международного кампуса МГУ–ППИ в Шэньчжэне и др.) и выявлены ключевые проблемные моменты (нормативно-правовые барьеры, языковые и финансовые препятствия). Показано, что такие инициативы служат инструментом «мягкой силы»: они готовят специалистов с двуязычной компетенцией, укрепляют межкультурные связи и расширяют взаимное влияние на обширном евразийском пространстве. Практическая значимость работы заключается в рекомендациях по развитию двусторонних образовательных программ – в том числе через государственную поддержку обменов и синхронизацию образовательных стандартов – и обозначении направлений дальнейших исследований и реализации на основе полученных данных. 
Ключевые слова: Россия, Китай, образовательные проекты, совместные образовательные программы, совместные кампусы, Большое Евразийское партнерство, «мягкая сила», международное образование.

Grebenshchikova Ekaterina Alekseevna
Student, Bachelor's Degree
Vladivostok State University, Russia, 690014, Vladivostok, Gogol Street, 41
E-mail: katuxoy03@mail.ru
Chernyshov Timofei Alexandrovich
Student, Bachelor's Degree
Vladivostok State University, Russia, 690014, Vladivostok, Gogol Street, 41
E-mail: timchernyshov@mail.ru
JOINT EDUCATIONAL PROJECTS BETWEEN RUSSIA AND CHINA AS AN ELEMENT OF THE GREATER EURASIAN PARTNERSHIP

Abstract: The aim of this study is to analyze the role and potential of joint educational projects between Russia and China within the framework of the Greater Eurasian Partnership (GEP) strategy. The paper employs methods of systemic analysis of scientific literature, official documents, and bilateral cooperation practices. It examines current initiatives – from the creation of joint faculties and institutes at Russian universities to the opening of dual-degree campuses – and assesses their implications for educational and sociocultural integration. The study provides a comprehensive overview of existing programs (e.g., the Russian-Chinese Institute of Tourism FEFU-PUTSK in Wuhan, the Moscow State University-BPI International Campus in Shenzhen, etc.) and identifies key challenges (regulatory barriers, language and financial obstacles). It demonstrates that such initiatives serve as a tool of soft power: they train specialists with bilingual competence, strengthen intercultural ties, and expand mutual influence across the vast Eurasian space. The practical significance of this work lies in its recommendations for the development of bilateral educational programs – including through state support for exchanges and the synchronization of educational standards – and in identifying areas for further research and implementation based on the data obtained.
Key words: Russia, China, educational projects, joint educational programs, joint campuses, Greater Eurasian Partnership, soft power, international education.

Введение 
Россия и Китай являются стратегическими партнерами, активно развивающими взаимодействие не только в экономике, но и в науке и образовании. Несмотря на обилие публикаций о совместных инфраструктурных и торговых проектах, вопрос двустороннего образовательного сотрудничества рассматривается сравнительно редко. Между тем образовательные обмены и программы обладают важным потенциалом интеграции и формирования «мягкой силы» обеих стран [10, 1 с]. Как отмечается в исследованиях, развитие совместных образовательных программ вызывает «большой интерес педагогического сообщества» и рассматривается как средство повышения качества подготовки специалистов [2, с. 93]. Президент России В. Путин подчеркнул, что Россия и Китай проведут в 2026–2027 годах «перекрестные» Годы образования, а численность учащихся из стран-партнеров в вузах уже достигает десятков тысяч (более 51 тыс. китайских студентов в РФ и 21 тыс. российских – в КНР) [6]. Это отражает практическую актуальность темы и способствует интеграции образовательных систем в рамках перспективного Большого Евразийского партнерства [3, с. 153]
Вместе с тем существующие исследования указывают на значительные сложности реализации этих программ. Так, Гурулева (2018) выявляет законодательную неопределенность термина «совместная образовательная программа», сложности с лицензированием и аккредитацией таких курсов, а также асимметрию в обменных образовательных потоках [2, с. 98]. Анализ научной литературы показывает недостаточность работ, рассматривающих образовательное сотрудничество России и Китая в контексте евразийской интеграции и soft power. В данной статье ставится задача выявить современные тренды и пробелы в этой сфере, продемонстрировать конкретные примеры и оценить их значение для научной и практической повестки, а также обозначить перспективы дальнейших исследований и внедрения.
Материалы и методы 
Исследование основано на сравнительном и системном анализе научной литературы, официальных документов и новостных публикаций по теме российско-китайского образовательного взаимодействия. В качестве исходного материала использованы отечественные и зарубежные публикации за последние 5-7 лет, включая статьи из международных баз данных (например, Хань Сыюй 2024) и материалы официальных СМИ. Анализ дополняют примеры конкретных проектов (объявлений, соглашений и интервью руководителей вузов и государственных деятелей), отражающих практику двусторонних программ. Такой подход позволяет выявить не только текущую картину сотрудничества, но и проблемы его реализации, а также соотнести их с политико-экономическим контекстом Большого Евразийского партнерства.
Результаты и обсуждения. Современные совместные образовательные инициативы. В последние годы Россия и Китай активно развивают программы двустороннего образования: открываются российско-китайские институты и факультеты, а также зарубежные кампусы. Так, в 2023 г. на Восточном экономическом форуме во Владивостоке Дальневосточный федеральный университет (ДВФУ) создал первый в России Российско-Азиатский факультет (РАФ) для координации образовательных программ с вузами АТР [9]. РАФ объединяет лидирующие университеты Китая, Индии, Вьетнама и других стран для подготовки специалистов «нового поколения». Программа включает обучение по сквозной схеме (несколько семестров во Владивостоке и у партнеров в Азии) по широкому спектру направлений – от IT и экономики до инженерии и востоковедения [1]. Важной особенностью является ориентация на программы двойных дипломов: подписаны соглашения о запуске магистерских программ «Международные отношения» с Восточно-Китайским педагогическим университетом и с Вьетнамским институтом иностранных языков, «Международный бизнес и управление проектами» с тайским Национальным институтом управления развитием и др. Ректор ДВФУ Б. Коробец отмечает, что к 2027 г. планируется интегрировать не менее 20 таких программ, что существенно расширит портфель двусторонних программ в вузе.
Другим крупным проектом стало создание Международного университета на базе МГУ в Шэньчжэне (МГУ–ППИ). На его основе российско-китайского кампуса построен комплекс площадью 34 га в стиле «Русского дома», который открылся в 2019 году [5]. Сентябре 2014 года здесь начат набор первых студентов по направлениям биоэкологии и нано-биотехнологий. Обучение ведется на английском (также предусмотрено преподавание на русском и китайском), по окончании студенты получают два диплома – МГУ и китайского партнера. Для подготовки наборного контингента в вузе организован Русский центр для изучения языка, а более половины преподавателей отобраны МГУ. Такой проект демонстрирует прямое вовлечение высоких технологий и международных стандартов в совместное образование.
Важным примером интеграционных инициатив является создание в 2020 г. Китайско-российского Центра евразийских исследований (CREC) на базе Московской школы управления «Сколково» совместно с Гонконгским университетом науки и технологий и Российской экономической школой. Центр задуман как академическая платформа для образовательных программ, совместных исследований и публикаций, а также для расширения академических обменов. Его деятельность направлена на изучение социально-экономических процессов в Евразии, что способствует формированию экспертного сообщества и укреплению научного сотрудничества России и Китая. При этом подобные проекты работают не только в образовательном, но и в культурно-политическом измерении, выполняя функции «мягкой силы» и поддерживая стратегический диалог в рамках Большого Евразийского партнерства [7].
Среди других примеров – совместные институты ДВФУ с китайскими вузами. В сентябре 2025 г. было подписано соглашение об открытии третьего совместного института ДВФУ – Института туристических ресурсов в Ухане (с Педагогическим университетом Центрального Китая). Цель проекта – объединить ресурсы двух вузов для подготовки высококвалифицированных специалистов в сфере туризма на бакалаврском и магистерском уровнях. Ректор ДВФУ подчеркивает, что туризм «является мощным инструментом культурного обмена и взаимопонимания между народами России и Китая», способствуя укреплению всестороннего партнерства. Аналогично, ранее ДВФУ создал совместный институт информационных технологий с Университетом почты и телекоммуникаций Чунцина и совместный Индустриальный институт биомедицины в Гуанчжоу (в партнерстве с Университетом Синьхуа и бизнес-компанией GeroPharm). Во всех проектах речь идет о создании англоязычных или билингвальных программ, ориентированных на международный рынок труда, и формировании двуязычных специалистов.
Для более наглядного представления динамики и структуры российско-китайского сотрудничества в сфере образования целесообразно рассмотреть ключевые проекты последних лет. Они различаются по формату, географии и числу участников, но в совокупности формируют основу гуманитарного измерения Большого Евразийского партнерства (см. Таблица 1).
Таблица 1. Совместные образовательные проекты России и Китая
Формат проекта	Пример	Год запуска	Участники	Значение для Большого Евразийского партнерства	
Совместный кампус	Филиал МГУ в Шэньчжэне	2017	МГУ, Бэйханьский университет	Символ «институциональной soft power», укрепление статуса России в Китае	
Университетский альянс	Ассоциация университетов Дальнего Востока и Северо-Востока Китая	2013	ДВФУ, Хэйлунцзянский университет и др	Развитие приграничного сотрудничества, академическая интеграция регионов	
Международный сетевой проект	Университет Шелкового пути (Silk Road University Network)	2015	более 150 вузов (в т.ч. российские)	Встраивание в инициативу «Один пояс — один путь», формирование глобальной сети	
Двусторонние программы обмена	Российско-китайские студенческие обмены в сфере инженерии и ИКТ	с 2010-х	более 20 университетов	Подготовка кадров для высокотехнологичных отраслей, укрепление доверия между странами	
Представленные данные позволяют выделить несколько закономерностей. Во-первых, вектор сотрудничества смещается от традиционного академического обмена к институционализированным проектам – кампусам и альянсам. Во-вторых, география проектов подчеркивает особую роль Дальнего Востока России как естественного «моста» между странами. В-третьих, образовательное взаимодействие становится важным инструментом мягкой силы, обеспечивающим не только гуманитарное присутствие России в Китае, но и интеграцию России в глобальные инициативы КНР («Один пояс – один путь»). 
Таким образом, образовательные проекты можно рассматривать как многослойную систему soft power, включающую: институциональный уровень (совместные кампусы); региональный уровень (приграничные университетские альянсы); глобальный уровень (сетевые проекты).
Влияние на интеграцию и «мягкую силу». Совместные образовательные проекты рассматриваются как важный инструмент реализации концепции Большого Евразийского партнерства. Они связывают студентов и ученых из стран ЕАЭС и Китая, способствуя культурному сближению и укреплению доверия. Программа РАФ обеспечивает, например, «обучение в мультикультурной среде», что помогает студентам «приобрести практический опыт работы в двусторонних проектах, развить навыки межкультурной коммуникации и создать профессиональные связи» [8, с. 3]. Это соответствует модельному эффекту «мягкой силы» – формирования позитивного образа страны через образование. Китай, в частности, активно использует образование как инструмент расширения влияния: приоритет финансирования (не менее 4% ВВП) и целевая задача к 2035 г. тать глобальной образовательной державой, большая квота стипендий для иностранных студентов и создание ассоциаций выпускников [4]. По оценкам, к 2023 г. в Китае учатся десятки тысяч россиян (свыше 20 тыс.), а властями Китая избран 1000-местный объем учебных грантов для россиян; эти меры используются как эффективный инструмент «мягкой силы» Поднебесной [4].
Российская сторона, в свою очередь, стремится привлечь иностранных студентов – прежде всего из Китая и азиатских стран. По последним данным, в российских вузах обучается более 50 тыс. студентов из Китая [4]. Российские университеты открывают зарубежные филиалы и русские центры, активизируют обмены. Так, ДВФУ объявляет о планах увеличения контингента иностранных студентов до 8 тыс. к 2036 г. и уже имеет представительства в ряде азиатских стран. Открытие в России совместных институтов с Китаем позволяет транслировать российские образовательные методики за рубеж. Как отмечает Посол России в КНР И. Поздняков, восстановление и рост количества китайских студентов в России после пандемии демонстрируют взаимную эффективность этой «мягкой силы». В целом международная практика показывает сходные подходы: китайские и российские власти используют государственные программы, гранты и двусторонние проекты как «инструменты мягкой силы» в образовательной сфере.
Обсуждение. Анализ существующих проектов выявляет ряд препятствий. Из известных работ следует, что главные проблемы — законодательные нестыковки (лицензирование, аккредитация, признание дипломов) и организационные сложности (язык преподавания, финансирование, информационная поддержка). Решение этих вопросов требует двусторонней координации. Налицо и «узкое горлышко» в законодательной базе: до сих пор отсутствует единое определение СПОП («совместная образовательная программа») и согласованные правила зачисления и кредитно-модульного обмена. В практической плоскости перспективными выглядят дальнейшая гармонизация образовательных стандартов, расширение сетевых форматов (онлайн, гибридные курсы), а также рост инвестиций – как со стороны государства, так и бизнеса – в российско-китайские образовательные центры. Например, договоренности 2023–2024 гг. о специальных лабораториях и научных центрах (МГУ–Пекинский университет) свидетельствуют о направлении «технологического суверенитета» и совместных мегапроектов в образовании.
Научная новизна представленной работы состоит в комплексном подходе к теме: выявлено, что совместные учебные проекты не только способствуют обмену знаниями, но и служат элементом формирования общих евразийских образовательных стандартов. С практической точки зрения наше исследование показывает, что расширение двусторонних программ приносит конкретные выгоды – подготовку конкурентоспособных специалистов и усиление soft power обеих сторон – что должно быть учтено при формировании образовательной политики.
 Заключение. Совместные образовательные проекты России и Китая представляют собой перспективный компонент Большого Евразийского партнерства, воплощающий социально-культурную сторону интеграции. Как показано в работе, примеры из практики – от Российско-Азиатского факультета ДВФУ до кампуса МГУ в Шэньчжэне – демонстрируют рост интереса к совместным программам и их многоотраслевой охват. Эти инициативы решают практически ориентированные задачи: они готовят специалистов с интегрированными компетенциями, укрепляют межкультурные связи и наполняют стратегию сотрудничества конкретным содержанием. Вместе с тем выявлены «узкие места» реализации (правовые барьеры, неравенство потоков), которые требуют устранения через скоординированные меры.
В перспективе целесообразно активнее использовать потенциал таких проектов для устойчивой интеграции. В практическом плане это означает: увеличение инвестиций в совместные образовательные инфраструктуры, формализацию обменных программ (напр., проекты приуроченные к Году образования 2026–27), усиление языковой подготовки участников и расширение вовлечения бизнеса в финансирование.
Для науки открываются новые темы исследований: оценка эффекта таких программ на развитие экономик регионов, изучение динамики международной мобильности студентов и разработка методик оценки soft power от образования. Устранение выявленных недостатков и дальнейшее развитие совместных образовательных инициатив усилит вклад России и Китая в формирование единого евразийского академического пространства и повысит конкурентоспособность их систем образования на мировом уровне.
Список литературы
1. Дальневосточный федеральный университет. ДВФУ укрепляет партнерство с Китаем: третий Совместный институт откроется в Ухане [Электронный ресурс]. 3.09.2025. – Режим доступа: https://www.dvfu.ru/news/fefu-news/dvfu_ukreplyaet_partnerstvo_s_kitaem_tretiy_sovmestnyy_institut_otkroetsya_v_ukhane/.
 2. Гурулева Т. Л. Совместные образовательные программы России и Китая: состояние и проблемы реализации // Высшее образование в России. 2018. № 12. С. 93–103.
3. Гурулева Т. Л.  Интеграция России в образовательное пространство АТР (на примере образовательного сотрудничества с КНР) // Вестник РУДН. Серия: Международные отношения. 2015. №4. С. 147–158.
 4. Поздняков И. В. Российско-китайское сотрудничество в области образования – взаимовыгодная проекция «мягкой силы» // Международная жизнь. 2025. № 7.
 5. Портал China. Станислав. Международный университет в Шэньчжэне на базе МГУ им. Ломоносова (история создания). 13.02.2024. – Режим доступа: https://www.portalchina.ru/articles/otkrytie-mezhdunarodnogo-universiteta-mgu-zhenzhen.
6. РБК. Россия и Китай проведут в 2026–2027 годах «перекрестные» Годы образования. 30.08.2023. – Режим доступа: https://www.rbc.ru/politics/30/08/2025/68b2341c9a79474e53ee8bab.
 7. Сколково. Россия и Китай запускают совместный Центр евразийских исследований. 15.12.2020. – Режим доступа: https://www.skolkovo.ru/news/rossiya-i-kitaj-zapuskayut-sovmestnyj-centr-evrazijskih-issledovanij.
8. Садловская М. В. Сотрудничество РФ и КНР в сфере образования: современное состояние и перспективы развития // МНИЖ. 2024. №4 (142). С. 1–6.
9. TASS. Первый в РФ Российско-Азиатский факультет открылся на площадке X ВЭФ. 3.09.2023. – Режим доступа: https://tass.ru/obschestvo/24941177.
 10. Чжан Хао Образовательное сотрудничество Китая и России // Международный журнал гуманитарных и естественных наук. 2025. №1-4 (100). С. 88–91.
Referents
1. Far Eastern Federal University. FEFU Strengthens Partnership with China: Third Joint Institute to Open in Wuhan [Electronic Resource]. September 3, 2025. Available at: https://www.dvfu.ru/news/fefu-news/dvfu_ukreplyaet_partnerstvo_s_kitaem_tretiy_sovmestnyy_institut_otkroetsya_v_ukhane/.
2. T. L. Guruleva. Joint Educational Programs of Russia and China: Status and Implementation Challenges // Higher Education in Russia. 2018. No. 12. pp. 93–103.
3. T. L. Guruleva. Integration of Russia into the Asia-Pacific Educational Space (Based on Educational Cooperation with China) // RUDN University Bulletin. Series: International Relations. 2015. No. 4. P. 147–158.
4. Pozdnyakov, I. V., “Russian-Chinese Cooperation in Education: A Mutually Beneficial Projection of Soft Power,” International Affairs, 2025, no. 7.
5. China Portal. Stanislav. Shenzhen International University Based at Lomonosov Moscow State University (History of Creation). February 13, 2024. Available at: https://www.portalchina.ru/articles/otkrytie-mezhdunarodnogo-universiteta-mgu-zhenzhen.
6. RBC. Russia and China to Hold Cross-Years of Education in 2026–2027. August 30, 2023. – Available at: https://www.rbc.ru/politics/30/08/2025/68b2341c9a79474e53ee8bab.
7. Skolkovo. Russia and China launch a joint Center for Eurasian Studies. December 15, 2020. – Available at: https://www.skolkovo.ru/news/rossiya-i-kitaj-zapuskayut-sovmestnyj-centr-evrazijskih-issledovanij.
8. Sadlovskaya, M. V., “Cooperation between the Russian Federation and China in Education: Current Status and Development Prospects,” Moscow Research Institute of Zhurnal (MNIZH). 2024. No. 4 (142). pp. 1–6.
9. TASS. Russia’s first Russian-Asian Faculty opened at the 10th Eastern Economic Forum. September 3, 2023. – Access mode: https://tass.ru/obschestvo/24941177.
10. Zhang Hao. Educational cooperation between China and Russia // International journal of humanities and natural sciences. 2025. No. 1-4 (100). P. 88–91.